Казаки в Париже в 1814 году
Русские взяли Париж. А парижанки покорили русских
Газета «Коммерсантъ» № 81 (1725) от 15.05.1999
В Государственном Историческом музее открыта выставка “Казаки в Париже в 1814 году: акварели Георга-Эммануэля Опица”. Приуроченная к 185-летию взятия Парижа русскими войсками, экспозиция рассказывает не столько о ратных подвигах русских, сколько о манере их поведения за границей.
Разумеется, выставка 25 акварелей мастера “костюмных” серий Георга-Эммануэля Опица всего лишь одна из глав из aventures des russes a Paris. Ее можно считать дополнением к более панорамной экспозиции “Русские в Париже в XIX веке”, которую в прошлом году парижский Музей Карнавале показывал в Музее истории Москвы, где Опиц соседствовал с такими же ироничными рисовальщиками-репортерами, как Дебюкур, Гатин и Соервейд.
Уроженец Праги Георг-Эммануэль Опиц оказался в Париже случайно, буквально накануне вступления в город русских войск. Он быстро переориентировался с живописания парижских нравов на подтрунивающее описание нравов русских. А наши соотечественники давали тому немало поводов. Они купались с лошадьми в Сене, как писал современник, “взламывали паркеты, чтобы растапливать свои полевые кухни на Елисейских полях”, по-медвежьи тискали ручки парижанок, объедались мороженым у Тортони на бульваре Итальянцев и наступали на ноги посетителям Пале-Рояля и Лувра.
Русские французам виделись незлобливыми, но и не слишком деликатными в обращении великанами. Как писал декоратор парижских празднеств Александра I Пьер Фонтен: “Сегодня ко мне явилось четырнадцать гигантов-казаков с лошадьми и поклажей, заявив, что у них имеется распоряжение занять мой дом и столоваться у меня. Я решил смириться с первым пунктом этого требования, чтобы хотя бы избежать второго.”Несчастный декоратор предпочел съехать с квартиры, чем “испытывать неудобства, связанные с пребыванием подобных гостей”.
Однако по сравнению с пруссаками и австрийцами русские у парижан пользовались несравненно большей симпатией. Некий французский офицер признавался Николаю Тургеневу: “Я говорю с вами как с другом, потому что ваши офицеры и солдаты относятся к нам по-дружески. Ваш Александр — наш защитник и благодетель, но ваши союзники — настоящие канальи и кровопийцы!”. Вероятно, имелись в виду распоряжения Александра I жестоко пресекать мародерство и грабежи (в частности, расхищение картинной галереи Лувра).
Двухлетнее пребывание в Париже надолго запомнилось русским. Спустя полвека Михаил Салтыков записал в дневнике: “Наша настоящая жизнь, осмысленная и нравственная, проходила во Франции”. Не без печали покидали русские Париж. На одной гравированной народной картинке 1815 года с трогательной наивностью изображено прощание казака с француженкой: с одной стороны — солнце, мир, счастье и изобилие, с другой — заснеженные холмы, помеченные просто: “Russie”. Под казаком вместо коня — рак, который, как известно, пятится назад.
МИХАИЛ Ъ-БОДЕ
Оригинал http://www.liveinternet.ru/users/man-yak/post51923558/
В книге 25 акварелей Георга-Эммануэля Опица (1775-1841), который был очевидцем событий 1814 года.
О художнике известно немного. Миниатюрист, акварелист, гравер и литограф. Родом из Праги. С 1801 работал в Вене как вольный художник-портретист. В 1814 году поехал в Париж (возможно. сопровождая герцогиню Курляндскую).
Парижская серия акварелей насчитывала, видимо, не менее 45 листов. В этой книге представлены 25 работ.
Помимо рисунков Опица и рассказа о них в книге дана краткая справка о казачестве, об атамане Платове и событиях 1813-1814 годов. Есть гравюры и картины других авторов (будет время сканировать – еще использую в других постах).
Каждая акварель снабжена комментариями об изображенных событиях с цитатами из воспоминаний русских офицеров, современников, исторической литературы.
